Эссенциальное достоинство

Глава, в какой Эмери Стейнз навещает Анну Уэдерелл в гостинице «Гридирон», где после некой преамбулы умоляет ее поведать о том, как Кросби Уэллсу удалось бежать, и Анна, ошеломленная напористостью и прямолинейностью его просьбы, не лицезреет обстоятельств к умолчанию и ведает все как есть.

В платьице, которое было на Анне, Эмери Эссенциальное достоинство Стейнз не вызнал одно из числа тех 5, которые ему поручили охранять с пистолетом в руке в гостинице «Боярышник» 12 мая. Но при первом же взоре на даму его поразило, как плохо одежка на ней посиживает, – этот наряд был очевидно пошит на фигуру куда более пышную; вобщем, эту идея парень Эссенциальное достоинство тотчас же выкинул из головы. Они поздоровались вместе сердечно, но с некой неуверенностью; после неудобной паузы Анна пригласила Стейнза в гостиную, и оба сели на стулья с прямыми спинками лицом к камину.

– Мисс Уэдерелл, – тотчас же приступил к делу Стейнз, – мне хотелось бы задать вам один вопрос – вопрос катастрофически нескромный, и Эссенциальное достоинство вы сможете сходу сказать мне «нет», если… если отвечать не желаете… если не желаете исполнить эту мою просьбу по какой бы то ни было причине.

– О, – обронила Анна, вдохнула глубже, как будто собираясь с духом, и отвернулась.

– Что такое? – отпрянул Стейнз.

Женщина резко встала, пересекла комнату и Эссенциальное достоинство постояла незначительно, глубоко дыша и смотря в стенку.

– Тупо, – проговорила она чуток слышно. – Страшно тупо. Не обращайте на меня внимания. На данный момент мне станет лучше.

Потрясенный Стейнз тоже встал.

– Я вас оскорбил? – спросил он. – Я тыщу раз прошу прощения, если так… но в чем дело? Что я такового произнес?

Анна Эссенциальное достоинство утерла ладонью лоб.

– Ничего, пустяки, – отозвалась она, как и раньше не оборачиваясь. – Меня застало врасплох, вот и все, – тупо было с моей стороны мыслить по другому. Вы ни в чем же не повинны.

– Что вас застало врасплох? – недоумевал Стейнз. – И что такое «иначе»?

– Просто что вы…

– Да? Пожалуйста, растолкуйте мне Эссенциальное достоинство, чтоб я все поправил. Ну, пожалуйста.

Женщина наконец успокоилась и обернулась к гостю.

– Задавайте собственный вопрос, – промолвила она с вымученной ухмылкой.

– Вы точно в порядке?

– Однозначно, – заверила Анна. – Спрашивайте, будьте добры.

– Ну отлично, – отозвался Стейнз. – Итак вот. Пойдет речь о человеке по имени Кросби Уэллс.

Злосчастное выражение в Эссенциальное достоинство лице Анны сменилось настоящим изумлением.

– Кросби Уэллс?

– Я так понимаю, он наш с вами общий друг. По последней мере… другими словами, я на его стороне. У меня сложилось воспоминание, что и вы тоже.

Женщина ничего не ответила; сощурясь, она некое время вглядывалась в собеседника и в конце концов спросила Эссенциальное достоинство:

– Откуда вы его понимаете?

– Я не могу вам всего поведать, – отвечал Стейнз. – Уэллс повелел мне хранить тайну – в смысле, никому не гласить о его местонахождении и об обстоятельствах нашего знакомства. Но он упомянул ваше имя в связи с одним золотым самородком, и человеком по имени Фрэнсис Карвер, и Эссенциальное достоинство каким-то там ограблением; и, если вы не сочтете меня очень дерзким – а я дерзок, я знаю, что дерзок! – мне бы очень хотелось услышать всю историю как есть. Не буду гласить, что это вопрос жизни и погибели, так как это не так, и не буду гласить, что почти Эссенциальное достоинство все находится в зависимости от моей осведомленности на этот счет, так как на самом-то деле не зависит вообщем ничего; просто я вступил с мистером Карвером в собственного рода партнерство – дурачина я был, что ввязался, сейчас я это понимаю, – и есть у меня чувство… есть ужасное подозрение, что я Эссенциальное достоинство заблуждался на его счет: пожалуй, он все-же негодяй.

– Он тут? – спросила женщина. – Кросби. Он в Хокитике?

– Боюсь, я не могу вам ответить, – покачал головой Стейнз.

Ладошки Анны легли на ее животик.

– Не гласите мне, где он, – промолвила женщина. – Но я вас попрошу передать ему кое-что словестно. Кое-что очень Эссенциальное достоинство принципиальное – от меня.

Асцендент

Глава, в какой Те Рау Тауфаре предпочитает не именовать имени Фрэнсиса Карвера Кросби Уэллсу, равно как и говорить ему об обстоятельствах их с Карвером недолгого взаимодействия месяц вспять; каковое умолчание в одинаковой мере разъясняется глубочайшей скрытностью его натуры и значительной хитростью в том, что Эссенциальное достоинство касается валютной выгоды: Тауфаре прикидывает, что, когда он повстречается с Фрэнсисом Карвером в последующий раз, он с легкостью сшибет шиллинг, а то и два.

Кросби Уэллс купил четыре оконных стекла для четырехчастного окна, сейчас оставалось только прорезать дыру и установить подоконник; пока же стекла стояли прислоненными к стенке, меркло отражая мерцающий блик Эссенциальное достоинство лампы и квадратную решетку плиты.

– Знавал я 1-го парня, он руку растерял во время наводнения в Данстане, – говорил Уэллс. Он устроился на подушке, с бутылкой на груди; Тауфаре посиживал напротив, попивая из 2-ой бутылки. – Его течением понесло, а рука застряла, не смогли спасти. Как-то его совершенно по-простецки Эссенциальное достоинство звали, не то Смит, не то Стоун, либо вроде того. Хорошо, я к чему веду-то: он позже говорил об этом происшествии и гласил, что больше всего горюет вот о чем: на оторванной руке татуировка была. Корабль с полным парусным вооружением – это он сам для себя Эссенциальное достоинство подарок сделал, после того как мыс Горн обогнул, – и его эта утрата страшно подавляла. Отчего-то мне его история запала в память. Утратить татуировку – ну нужно же! Я его спрашивал, а почему бы просто-напросто не повторить татуировку на 2-ой руке, но он как-то чуднó себя повел. Никогда, гласит, такового не Эссенциальное достоинство сделаю, никогда и ни за что!

– Это больно, – отозвался Тауфаре. – Та-моко[82].

Уэллс покосился на собеседника.

– А ведь узреть самого себя – потрясение то еще, – вдумчиво проговорил он. – Я имею в виду, когда издавна зеркала под рукою не было. Забываешь что и как, правильно?

– Нет, – сделал возражение Тауфаре. – Никогда Эссенциальное достоинство. – Лицо его оставалось в тени; в отсвете лампы полосы вокруг его губ обозначились еще больше ясно, отчего лицо смотрелось по-ястребиному плотоядным и темным.

– А я бы, наверняка, запамятовал.

– У нас есть присловье, – промолвил Тауфаре. – Taia a moko hei hoa matenga mou[83].

– Я изрезал лицо человека ножиком Эссенциальное достоинство, – сказал Уэллс, как и раньше не отрывая глаз от собеседника. – Шрам остался. Вот здесь. От глаза до губ. Кровищи вытекло – страсть сколько. А ваши очень кровят?

– Очень.

– Тауфаре, а для тебя доводилось уничтожить человека?

– Нет.

– Нет, – повторил Уэллс, вновь присасываясь к бутылке. – Вот и мне нет.

Часть VIII
Правда об Эссенциальное достоинство «Авроре»

22 августа 1865 года

42° 43′ 0′′ южной широты / 170° 58′ 0′′ восточной долготы

Сатурн в Деве

Глава, в какой Цю Лун подает жалобу, а Джордж Шепард, чья личная ненависть к Су Юншэну с течением времени распространилась на всех китайцев без исключения, отрешается ее принять, при этом по поводу совершенной несправедливости Шепард не испытывает ни мельчайших угрызений совести, ни Эссенциальное достоинство тогда, ни потом.

– Не понимаю, что вы такое гласите.

А-Цю вздохнул. В 3-ий раз указал на собственный экземпляр договора, лежащий на столе меж ними. В графе «настоящее место работы» значилось: «Аврора».

– Пустышка, – растолковал он. – «Аврора» – участок-пустышка.

– «Аврора» – участок-пустышка, и вы работаете на «Авроре». Да, это я Эссенциальное достоинство сообразил.

– Мэннеринг, – продолжал А-Цю. – Мэннеринг делать пустышка не пустышка.

– «Мэннеринг делать пустышка не пустышка», – повторил Шепард.

– Прекрасно, – закивал А-Цю. – Он поступать очень плохо.

– Так он поступает прекрасно либо очень плохо?

А-Цю нахмурился. И в конце концов выговорил:

– Очень нехороший человек.

– И как он делает пустышку – не пустышкой? Как Эссенциальное достоинство? Как, я вас спрашиваю?

А-Цю достал кошелек, поднял его повыше. Очень неторопливо, чтоб смысл происходящего обязательно дошел до Шепарда, он извлек серебряный пенни и переложил его в левый кармашек. Подождал мало, потом вынул пенни из кармашка и возвратил назад в кошелек.

Шепард вздохнул.

– Мистер Цю, – проговорил он, – я вижу Эссенциальное достоинство, что срок вашего договора исходит не ранее чем через пару лет, но ж припас моего терпения истек пару минут вспять. Я не располагаю ни временем, ни средствами для того, чтоб начать расследование денежной деятельности мистера Мэннеринга на базе непонятной наводки. Предлагаю вам возвратиться в Арахуру и благодарить судьбу за Эссенциальное достоинство то, что у вас хоть какая-то работа есть.

Юпитер в Стрельце

Глава, в какой Алистер Лодербек, официально объявив о собственных намерениях баллотироваться в новозеландский парламент IV созыва от окрестность Уэстленд – каков честолюбивый план не только лишь поспособствует его и без того блистательной политической карьере, да и в наиблежайшие Эссенциальное достоинство несколько месяцев уведет его через Альпы в Уэстленд, на встречу с незаконнорожденным братом, о которой последний так длительно грезил, – сейчас думает о вопросах чисто практических либо, поточнее, просит давнешнего знакомого позаботиться о чисто практических вопросах от его, Лодербекова, имени.

Акароа, 22 августа

Мой дорогой Том,

Вы, должно быть, уже Эссенциальное достоинство понимаете о моем намерении баллотироваться в парламент от окрестность Уэстленд, но если это весть окажется вам сюрпризом, то я вкладываю нарезку из «Литтелтон таймс», объясняющую и саму эту новость, и предпосылки, меня сподвигшие, на подробное изложение которых тут времени у меня нет. Очевидно, мне не терпится узреть прекрасные достопримечательности Эссенциальное достоинство Западного Кентербери своими очами. Я планирую прибыть в Хокитику пятнадцатого января, с поправкой на погоду, так как приехать собираюсь по суше, а не морем, чтобы заодно проинспектировать будущую Крайстчерчскую дорогу. Поеду налегке, сами осознаете: я распорядился, чтоб мой дорожный сундук с личными вещами переправили из Литтелтона в конце декабря. Может Эссенциальное достоинство ли «Добродетель», отплывающая десятого января, забрать багаж в Данидине и доставить его на побережье? Как человек в Западном Кентербери чужой, я полагаюсь на Ваш опыт в том, что касается хокитикских гостиниц, ресторанов, найма экипажей, членства в клубах и т. д.

Я вполне доверяю Вашему вкусу и деловой сметке Эссенциальное достоинство, и на сем остаюсь,

от всей души Ваш и т. д.,

Алистер Лодербек

Луна во Льве, новолуние

Глава, в какой Мэннеринг, везя Анну Уэдерелл в Каньер, подмечает в ней новое качество: внутреннюю твердость, собственного рода отчужденность; это наблюдение пробуждает в нем жалость к девице, но когда он в конце концов нарушает Эссенциальное достоинство молчание – через несколько миль после того, как в первый раз пришло это понимание, – то не потом, чтоб утешить, ибо за прошлую часть дороги сам внутренне ожесточился.

– Вот только нытья не нужно. Нытье никакому бизнесу не на пользу. На него не поставишь – и против него тоже, а наше дело такое – или то, или Эссенциальное достоинство это. Сообразила?

– Да, – кивнула Анна. – Понимаю.

Мэннеринг вез даму в Чайнатаун, где уже ожидал А-Су со смолою и с трубкой.

– Я в жизни не приказывал девушку укокошить и избить не приказывал, – заявил он.

– Я знаю, – кивнула Анна.

– Так что можешь мне доверять, – подвел результат Мэннеринг.

Солнце во Эссенциальное достоинство Льве

Глава, в какой Стейнз доверяется Мэннерингу так, что делится своими сожалениями касательно заключенного с мистером Фрэнсисом Карвером контракта о спонсорстве, объясняя, что первоначальное воспоминание, составленное им, Стейнзом, о нраве и биографии Карвера, было и есть прискорбно неверное, ибо сейчас он считает, что Карвер – первостепенный негодяй и фортуны совсем не Эссенциальное достоинство заслуживает, на что Мэннеринг, посмеиваясь про себя, предлагает мошенническое решение, от которого просто дух захватывает.

– На золотых приисках есть только одно по-настоящему тяжкое грех, – заявил Мэннеринг Стейнзу, продираясь вкупе с ним через подлесок к южной границе участка «Аврора». – Убийство, воровство, муниципальная измена – это все ересь. Мошенничество – вот Эссенциальное достоинство величайшее из злодеяний. Это ж изымательство над надеждами старателя, а у старателя ничего больше и нету, не считая надежд. Приисковое мошенничество бывает 2-ух видов. «Солить» участок – это 1-ое. Предложить для реализации пустышку – 2-ое.

– А что считается серьезнее?

– Глядя что осознавать под словом «серьезный», – отозвался Мэннеринг, отбрасывая с пути Эссенциальное достоинство лиану. – Если вы «присаливаете» участок и вас застукают, вас, чего хорошего, зарежут в своей постели, а вот если выставите на продажу пустышку и вас уличат, то, вероятнее всего, линчуют. Хладнокровное убийство – либо убийство в состоянии аффекта. Выбор за вами.

Стейнз улыбнулся:

– Другими словами мне предстоит вести дело с человеком хладнокровным Эссенциальное достоинство?

– Сами решайте, – объявил Мэннеринг, делая широкий жест. – Вот она – «Аврора».

– Ага. – Стейнз тоже тормознул. Оба немного запыхались от резвой ходьбы. – Что ж, хорошо.

Вкупе они осметрели участок. Ярдах в 30 Стейнз заметил китайца: тот посиживал на корточках, покачивая промывочным лотком.

– Как будет «билет домой» напротив? – полюбопытничал Мэннеринг спустя какое-то время. – «Домой Эссенциальное достоинство-невозвращалец»? «Подавись-мистер-Карвер»?

– Кто это? – спросил Стейнз.

– Да Цю, – отозвался Мэннеринг. – Он здесь остается.

– А он знает? – понизив глас, осведомился Стейнз.

Мэннеринг расхохотался:

– Знает ли он? А о чем я вам только-только говорил? Я совсем не горю желанием, чтобы меня зарезали в своей постели Эссенциальное достоинство, спасибочки!

– Он, должно быть, считает участок страшно маловыгодным.

– Понятия не имею, чего уж он там считает, – презрительно бросил Мэннеринг.

Другой рассвет

Глава, в какой А-Цю, обняв ладонями закованные в броню округлости Анниного лифа, делает необычное открытие, настоящее значение которого оценит только восемь дней спустя, когда, перевидав все четыре Анниных муслиновых Эссенциальное достоинство платьица по очереди, сможет подсчитать в уме объем содержащегося в их богатства – понятное дело, кроме золотого песка, зашитого в оранжевое шелковое платьице, которое Анна в Каньер никогда не надевает.

Анна лежала совсем бездвижно, закрыв глаза, пока А-Цю водил ладонями по ее платьицу. Он изучил ее корсет до Эссенциальное достоинство последнего дюйма, прощупал каждую оборку, он подобрал утяжеленный подол и пропустил ткань через пальцы. Его методичные прикосновения как будто бы укореняли ее во времени и пространстве: ей казалось насущно принципиальным, чтоб он узнал каждую деталь ее одежки, до того как дотронуться до нее, и эта уверенность заполняла ее прозрачно-ярким, императивным спокойствием Эссенциальное достоинство. Когда он просунул руку ей под плечи, чтоб перевернуть ее, Анна беззвучно покорилась, поднеся обмякшие руки ко рту, как малыш, и уткнулась лицом ему в грудь.

Часть IX
Мутабельная земля

20 сентября 1865 года

42° 43′ 0′′ южной широты / 170° 58′ 0′′ восточной долготы

Луна в Деве, неполная

Глава, в какой А-Цю заполняет топку углем, намереваясь расплавить последнюю порцию золотого Эссенциальное достоинство песка, извлеченного из Анниного платьица, и пометить слитки словом «Аврора» – заглавием участка, к которому прикреплен по условиям контракта; Анна же горестно постанывает во сне и придавливает ладонь к щеке, как будто пытаясь унять кровь из раны.

Когда Анна пробудилась, было уже утро. А-Цю перенес ее в Эссенциальное достоинство угол хижины. А еще подложил ей под щеку сложенное одеяло и накрыл шерстяным плащом – своим своим. Пробудившись, она сходу сообразила, что разговаривала во сне, – она ощущала себя совсем разбитой, кровь прилила к лицу, было горячо, волосы повлажнели. А-Цю до поры не увидел, что женщина открыла глаза. Она лежала Эссенциальное достоинство бездвижно и следила, как китаец заботится над завтраком, изучает свои ногти, кивает, мурлычет что-то для себя под нос и наклоняется поворошить угли.

Солнце в Деве

Глава, в какой Эмери Стейнз, которому Кросби Уэллс уже успел поведать в подробностях историю о том, сколько перетерпел от руки предательского Фрэнсиса Карвера, – и оба прониклись Эссенциальное достоинство друг к другу доверием и неприязненностью – в один момент решает сфальсифицировать ежеквартальный отчет и удалить все упоминания о золотом кладе из приисковых реестров; но, осуществляя загаданое, он совсем запамятывает про неутомимого труженика Цю, который, согласно протоколу и несмотря на условия собственного договора, все же заслуживает премии.

Явившись Эссенциальное достоинство на пункт приема при лагере, Эмери Стейнз с удивлением нашел, что сейф «Авроры» отмечен флагом: это означало, что добытое золото уже сдано. Он попросил «золотой эскорт» отпереть сейф. Снутри нашлась аккуратная стопка переплавленных золотых слитков. Стейнз взял какой-то из них в руку:

– А если б я попросил вас на минуту Эссенциальное достоинство отвернуться, пока я перекладываю содержимое сейфа в другое место, какую стоимость вы бы запросили?

Сторож на мгновение задумался, скользя пальцами вверх-вниз по стволу винтовки.

– Я согласен на 20 фунтов, – заявил он. – В фунтах стерлингов, не в песке.

– Я дам вам 50, – отозвался Стейнз.


estestvennaya-ventilyaciya-aeraciya-princip-ee-dejstviya-i-oblast-primeneniya-mehanicheskaya-ventilyaciya-vidi-oblast-primeneniya.html
estestvennie-elektricheskie-polya-i-sposobi-ih-nablyudeniya.html
estestvennie-i-antropogennie-negativnie-faktori-referat.html